Сто великих рекордов авиации и космонавтики

Вдвоем астронавты трудились 25 минут, пока не ликвидировали самопроизвольную сварку пружины собачки храповика, от которой по существу зависела их жизнь. Когда люк, наконец, сел на место, пульс у обоих достигал 180 ударов в минуту.

 

Гибель Комарова
Тем временем и у нас началась подготовка к полетам на кораблях нового поколения — «Союзах». В качестве командиров совершить полеты на них готовились космонавты Владимир Комаров и Юрий Гагарин — он был назначен дублером командира «Союза-1». Командиром «Союза-2» назначили Валерия Быковского, а в качестве бортинженеров — еще не летавших тогда Алексея Елисеева и Евгения Хрунова. Дублерами их стали Николаев, Кубасов и Горбатко.

По программе первым должен был стартовать Комаров: через сутки — Быковский, имея на борту Елисеева и Хрунова. После стыковки на орбите Елисеев и Хрунов должны были перейти на борт «Союза-1», выполнить ряд исследований и через неделю втроем вернуться на Землю.

Однако на деле все получилось совсем иначе. Причем неожиданности начались ещё до старта.

В январе 1966 года скоропостижно скончался С. П. Королев. Правда, главным конструктором вскоре был назначен заместитель Королева, академик В. П. Мишин; все работы продолжались по намеченной программе. Тем не менее подспудно в воздухе стала ощущаться какая-то нервозность…

 

 

 

Внешне же, повторяем, все шло по плану: 10 апреля 1967 года на аэродроме Байконура приземлились два самолета. На старт прибыли, согласно существующей традиции отдельными самолетами для большей безопасности — основной и дублирующий экипажи, ученые и конструкторы, члены государственной комиссии…

В. М. Комаров стартовал 23 апреля. Почти сразу же после выхода на орбиту начались неприятности — у «Союза-1» не раскрылась одна панель солнечных батарей. Государственная комиссия приняла решение: старт «Союза-2» пока отложить. Экипаж уехал в гостиницу. Затем решение изменили: решили все же «Союз-2» запустить, состыковать его с первым кораблем, выйти в открытый космос и раскрыть панель солнечной батареи вручную.

Читайте:  Сто великих загадок природы

Однако положение «Союза-1» на орбите было неустойчивым, его крутило, стыковка оказалась бы невозможна. Старт второго корабля окончательно отменили, а Комарова стали готовить к аварийной посадке. Сначала она должна была состояться на семнадцатом витке, но из-за плохой работы датчиков ориентации ее перенесли на девятнадцатый, посоветовав Комарову вручную сориентировать корабль.

Ничего подобного ранее Комарову делать не доводилось. Но что ему оставалось делать? И он заверил командование, что справится с поставленной задачей.

Спуск начался… Чем он закончился, всем известно: раскрутку остановить не удалось и при открытии основного парашюта его купол был смят — скрученные стропы не дали ему раскрыться полностью. «Союз-1» на большой скорости врезался в нашу твердую планету.

Так впервые 23 апреля 1967 года погиб космонавт непосредственно в ходе полета.

Ни дублеру Комарова — Гагарину, ни командиру «Союза-2» на выручку товарища отправиться не разрешили; технические возможности кораблей не позволяли осуществить аварийную пересадку экипажа с одного корабля на другой.

Спустя полтора года после трагедии «Союз-2» был запущен в беспилотном варианте; нужно было убедиться, что все недочеты в конструкции были устранены.

Несчастья тем временем продолжали преследовать отряд космонавтов. 27 марта 1968 года, при довольно-таки загадочных обстоятельствах, погиб Ю. А. Гагарин. Командиром отряда вместе него был назначен В. Ф. Быковский. Его и трех других космонавтов — А. Леонова, Н. Рукавишникова и В. Кубасова — рекомендовали для участия в новой программе «Л-1». В переводе на обыденный язык это означало, что они начали готовиться к высадке на Луну.

 

 

РАКЕТНЫЕ «НЕБОСКРЕБЫ»
Лунная гонка
Как уже говорилось, запуски первых советских спутников потрясли общественность США, заставили американцев задуматься, действительно ли они являются лидерами мирового прогресса. Чтобы восстановить status quo, стране нужна была национальная программа, которая бы вернула Соединенным Штатам лидирующее положение в мире.

Читайте:  Изучаем мир

Такой программой стал провозглашенный президентом Джоном Кеннеди штурм Луны, высадка на естественный спутник нашей планеты десанта американских астронавтов.

А для этого нужна была сверхмощная ракета, способная осуществить этот грандиозный замысел. И в августе 1958 года Управление перспективных исследований МО США приняло решение о финансировании разработки самой мощной из всех существовавших ракет-носителей на Земле — «Сатурн».

Вернее, генеральный конструктор системы Вернер фон Браун предполагал создание целого семейства «Сатурнов» нарастающей мощности. Правофланговым этой линейки должен был стать «Сатурн-5» — сверхтяжелый носитель для лунной экспедиции.

Громогласно объявив о старте лунной программы, американцы и в дальнейшем не делали особой тайны из ее достижений и даже провалов. Совершенно иначе обстояло дело в СССР.

Хотя постановление Совета министров СССР о разработке отечественной тяжелой ракеты для полетов на Луну было принято в том же 1958 году, оно было совершенно секретным. Отчасти так получилось по врожденной привычке советских руководителей все секретить. Отчасти, возможно, потому, что, в отличие от американской ракеты, для первой ступени которой фон Браун предложил использовать жидкостный реактивный двигатель на кислороде и керосине, с последующим переходом на еще более экологичное топливо — водород, первоначальный советский проект предусматривал помимо кислородно-водородного двигателя первой ступени фантастический ядерный реактивный двигатель на второй.

И что с ним будет, если ракета вдруг взорвется на стартовом столе, никто предпочитал не распространяться. Да и сама тема ракетного ядерного двигателя была сверхсекретной.

Однако время шло, а новый двигатель так ракетостроителям и не представили. Хотя, как теперь стало известно, в Воронеже довели такой двигатель до стадии стендовых испытаний.

Однако время поджимало, американцы двигались семимильными шагами, и опасения, что они окажутся на Луне первыми, заставляло руководителей СССР прессинговать ракетостроителей изо всех сил. Тем не менее только к 1961 году было принято решение строить тяжелую ракету на жидкостных двигателях. При этом каждый главный конструктор предлагал свой вариант. Еще год прошел в спорах и согласованиях. Наконец, из трех вариантов — Глушко, Челомея и Королева — оптимальным был признан последний.

Читайте:  Резервные возможности человека

Однако это был вовсе не конец скандала, а по существу, лишь его начало. Если программа «Сатурн» до сих пор считается классическим примером организации работ над гигантским проектом — прозрачный бюджет, соблюдение сроков, успешная кооперация гигантских корпораций-конкурентов, — то ход лунной программы СССР наглядно проиллюстрировал еще Крылов в свой знаменитой басне про лебедя, рака и щуку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

You may use these HTML tags and attributes:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>